-47 (минус 47) 1559 дней назад (20 июня 2014)

Обидно, но это направление пока не очень развито у ставропольских турагентств. А ведь здесь есть все, чтобы отпуск стал поистине незабываемым. Бывалый путешественник Николай Еременко, глава группы компаний «Шелте», делится морозной свежестью впечатлений, своеобразным юмором северной природы и порцией экзотических фотографий окрестностей Надыма. Правда, сам он тоже летает туда не в отпуск, а на работу.



ПДД в Надыме

Надым — чистый европеизированный городок в Заполярье. Жители — или вахтовики, занятые на предприятиях «Газпрома», или дети тех, чьи родители в 70-х приехали добывать газ. Инфраструктура самодостаточная. На дорогах ПДД соблюдаются как в Европе. Человек на пешеходном переходе даже не оглядывается. Поэтому в период отпусков, которые надымчане проводят на Большой земле, они с непривычки часто попадают под колеса автомобилей. Непуганые, как олени.

Газ в Надыме

Центр всей российской газодобычи находится в Надыме. Доподлинно мне не известно, но говорят, газа еще много. Разрабатываются новые месторождения. Знаменитая стройка на Ямале еще даже не открыта. Это будет новое дыхание в отрасли. 
Расстояния там огромные. На вахту можно вертолетом лететь 4 часа. Территория одного предприятия — как территория какого-нибудь европейского государства. 

День и ночь в Надыме 
В полярный день угол солнцестояния такой, что солнце светит круглые сутки. Спускается 
к горизонту на ночь — и утром снова начинает ползти вверх. И так по кругу. Полярная зима — наоборот. Солнца нет, нет, и вдруг — восход! Солнышко показало бок, а через час уже все. Опять сумерки. 



  


  


Мороз в Надыме

Вообще мороз в Надыме воспринимается легче, чем у нас на Ставрополье или в Москве. Там сухой климат, поэтому ощущение холода другое. Но это где-то до минус 35. Дальше чувствуешь каждый новый градус. Самая низкая температура, которую я застал в Надыме, – минус 47. 
Машины зимой на улице не глушат — потом не заведешь. Так и работают весь день, пока не доедут до теплого бокса. Когда температура переваливает за минус 40, на выезде из города опускается шлагбаум, и группы количеством меньше трех машин не выпускают. Если нужно выехать, стоишь, ждешь, пока соберется такой автопоезд. Конечно, некоторые рискуют, ездят сами. Надевают термобелье, запасаются химическими подогревателями. Но если машина заглохнет, 99 процентов, что человек не выживет. Ни одно термобелье не спасет. Помощь не вызвать — город закончился, и с ним закончилась GSM-связь. Спутником мало кто пользуется. На таком морозе в течение пятнадцати минут машина полностью размораживается. Человек засыпает и не просыпается. Много таких случаев.
 


Первые впечатления о Надыме

Впервые я в Надыме оказался лет шесть назад. С тех пор бываю там несколько раз в год по три-четыре дня, максимум неделю. Первое впечатление было отвратительное. Я приехал в августе и попал в сезон дождей, который там прямо перед зимой. Зима наступает уже в сентябре. Весна, осень — очень условные понятия, длятся полторы недели максимум. 
Там низкое небо, и оно на тебя постоянно давит. Так как наш шарик неправильной формы, воздушная оболочка у полярных кругов самая тонкая. И ты это ощущаешь. Плюс электромагнитные поля и озоновые дыры над этим местом. Все это сказывается на здоровье. Деньги ведь просто так никто не дает. Люди едут туда зарабатывать. А зарабатывать там тяжело.

Прелести Надыма

Надым для меня раскрылся где-то на второй год. И при всей грозности природы он имеет свои прелести. Весенние ледоходы, например, впечатляющее зрелище. А приблизительно в это время года, когда минус еще большой, а солнце уже появляется, бывают очень красивые световые эффекты. В безветренную погоду по обе стороны от солнца я видел вертикальные светящиеся столбы, типа радуги. Как будто свечки зажгли, только большие и высокие. Завораживает так, что мурашки по коже. 
Тундра не пустыня. Леса там есть, правда, невысокие. Ягель на самом деле очень красивый. Грибы в изобилии. Много всякой вкусной полярной ягоды. Та же морошка удивила меня тем, что она сладкая и пахучая как мед. По виду напоминает светло-желтую малину. 



 


Настоящие полярники

Вся полярная живность очень крупная. Осетр как торпеда — метра два длиной. Полярная куропатка как курица. Полярный волк в два раза больше серого. А вот северные олени — низкорослые по сравнению с оленями средней полосы. Вообще олень — самое тупое животное из всех, что я знаю. Если ему что-то втемяшится в голову, то все. На гонках оленей может понести прямо на толпу зрителей. Я пытался с ними подружиться. Безрезультатно. Никаких ответных эмоций.

Белые медведи

Белых медведей в Надыме нет. Но всего 120 километров к северу, и уже полярный круг, зона их обитания. Там тоже работают наши люди, которые привозят с вахты забавные видео на мобильниках. Я видел несколько жутковатых сюжетов, где белый медведь держит лапой оленя, олень еще живой, а он его начинает поедать с ноги. Ему до лампочки. Белые медведи — животные с высоким интеллектом и полным отсутствием жалости. Любое животное, даже волк, сначала убивает, потом съедает. Но белый медведь, как акула, сразу ест. 



Меню в Надыме

Все там есть. Местные продуктовые рыночки ничем не отличаются от наших. Кроме цен. К примеру, килограмм моей любимой черешни может стоить 7-8 тысяч рублей. Единственное, чего там нет — это свежего мяса, к которому мы привыкли. Говядина, баранина, свинина — все только замороженное. Свежее туда не доедет и там не вырастет. Если только вывести лохматую корову, которая сможет носиться по тундре, брести в полутораметровом снегу и разрывать его в поисках ягеля… 
Зато там много рыбы, которой нигде больше нет, начиная от знаменитой промысловой корюшки, и заканчивая таким деликатесом, как муксун. На муксун можно что-нибудь выменять, он там как валюта.
 
Лето в Надыме
Там хорошая рыбалка, охота, но очень много комаров и гнуса. Почему они не вымерзают, 
я до сих пор понять не могу. Это жесть просто. Выход летом на улицу напоминает сборы Шварценеггера на охоту в известном фильме. В каждом кармане одежды у тебя по какому-нибудь дихлофосу, ты весь намазался и обрызгался. Слышишь, что звук, который над тобой висел, исчез. И живешь до тех пор, пока звук не появится опять. Тогда тебя сразу начинают пробовать укусить. Причем нет, они не кусаются. Они грызут. Если наш комар пьет кровь, то тот просто жрет мясо. При этом выделяет токсичную гадость, которая разлагает ткани, и из-за этого рана очень долго заживает. И шишки такие здоровые. 
Причем представителей коренных народностей — ненцев, хантов — они почему-то не кусают. Мы на рыбалке в москитных сетках, в плотно прилегающей одежде — и то в щели заползают. А они — с закатанными рукавами, с распахнутыми воротами рубашек — и ничего. Видимо, отличают своих.

Местные и водка

В  самом Надыме представителей коренных народностей, я думаю, меньше одного процента. Они считаются вымирающими, по причине того, что мы их научили пить водку, а у них нет гена, перерабатывающего алкоголь. Выпивший одну рюмку становится алкоголиком, как наркоман. Одно время русские занимались тем, что меняли на водку рыбу, оленину, и банально споили нацию. Сейчас есть неофициальный запрет — водку местным давать нельзя. 
У местных своя организационная структура. Есть старший общины, баи и крестьяне. Некоторые из местных оканчивают вузы, селятся в городах. Но я не видел ненца, работающего продавцом, или маляром, или еще кем-то. Живя в городе, они занимаются делами своей общины, становятся ее представителями для федеральных властей. В целом они настолько свободолюбивый народ, самодостаточный, что им хватает их юрты, которая переезжает с места на место, кочует вместе с оленями. 



Местные и мороз

Я не понимаю, как они выживают. Я был на так называемом 501-м километре — страшная история, сталинские лагеря. Всего в 70-ти километрах от Надыма. Туда только по зимнику добраться можно. Там умерли все, когда их государство забыло. А местные веками в этих же краях живут. Мороз им не страшен. Конечно, одежда у них особая, мех и внутрь, и наружу — внутри какой-нибудь нерпы, снаружи олений. Но все равно! Вот в День оленевода видел… лежит горка меха на дороге, и из нее раздается громкий храп. Это местный перебрал. Трогать его нельзя, увозить тоже, можно только с проезжей части отодвинуть. Он проспится и дальше пойдет. В минус 35.




  


  


День оленевода

День оленевода организован сверху, руководством «Газпрома», федеральными властями. Он проходит в начале марта. В назначенные даты оленеводы съезжаются к Надыму. Выделяется специальная площадка — поле, грубо говоря. Они расставляют юрты, делают ограждения для оленей и ждут наступления Дня оленевода. Приезжают не только на оленях — на снегоходах. Оборудование у них по высшему разряду, их же государство содержит. В юртах уже давно не костры, а чугунные печки, которые могут сутки гореть на одном куске угля. В некоторых  юртах висят плазмы со спутниковым телевидением. Я сам в такой был. 
День оленевода — северная Олимпиада. Гонки на оленях, на собачьих упряжках, соревнования по стрельбе и так далее, с ценными призами. Там же проходит ярмарка, где местные продают оленину, рыбу, мех, традиционные сувениры из костей. Причем для гостей организаторы строят специальные теплые шатры. Минут 15 побродишь, посмотришь — и скорее в шатер, греться.  
Все это делается для поддержки малых народов, чтобы они не обижались. Они же твердо уверены в том, что мы захватчики на их земле, поэтому мы обязаны их кормить, холить и лелеять. 
Они не чувствуют себя частью Российской Федерации. И не стесняются этого. Родина для них — это их тундра.

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!