Григорий Моисеев «Гуань Шень» 16 октября 2018

Екатерина Омельченко / иллюстрация



Гуань Шень считал свою жизнь пустой и бессмысленной.
Он долго откладывал заработанные починкой обуви деньги. И когда ему минуло двадцать два года отправился в паломничество к знаменитому храму Кунакура Сайна. Там, согласно слухам, жил великий мудрец Чаньши. И Гуань Шень очень надеялся, что тот поможет ему достичь просветления.
Его путешествие было долгим и тяжёлым. Он мучительно пробирался сквозь густые заросли вековых лесов. Неделями пересекал бескрайние поля, в которых не росло ничего кроме пожухлой травы. Под пронизывающим ледяным ветром ему приходилось карабкаться по отвесным скалам. Он пересёк холодное штормящее море на утлой рыбацкой лодке и почти потерял надежду остаться в живых.
Наконец он взобрался на высокую гору и оказался перед огромными деревянными воротами храма Кунакура Сайна.
По традиции он три дня и три ночи простоял у ворот без пищи, сна и воды. В конце третьего дня мудрец Чаньши лично вышел и похлопал Гуань Шеня по плечу.
– Ты проявил редкую самоотверженность и целеустремленность, – сказал он, поглаживая седую бороду. – Я готов тебя обучать.
На следующий вечер, после того как Гуань Шень помылся, поел и как следует выспался, Чаньши отвёл его на самую высокую башню монастыря. На открытой площадке башни было холодно, но оттуда открывался настолько величественный вид, что Гуань Шень потерял дар речи. Бескрайнее ночное небо освещали миллиарды звёзд, чей свет отражался от снега на шапках гор.
– Если ты хочешь достичь просветления, – сказал Чаньши, усаживаясь на пол, – то тебе нужно научиться медитации. Сядь рядом со мной. Смотри прямо перед собой и постарайся не двигаться и выкинуть из головы повседневную суету окружающего мира. И если получится, то ты увидишь то, что хочет показать тебе твой разум.
Гуань Шень послушно сел рядом и постарался ни о чём не думать.
Сперва ему это не удавалось. Жутко чесался нос, саднила мозоль на ноге, и хотелось пить. Но чем больше он смотрел на звёзды, тем спокойнее и отрешеннее он становился.
Наконец, он почти перестал чувствовать своё тело. И перед его взором стали возникать удивительные образы.
Он увидел, как из ночной темноты над его головой выросла тёмная круглая туча. Она была правильной формы и с очень ровными краями. А прямо посередине у неё светилось пятно жёлтого света. Туча зависла высоко над их головами, и из неё ударил столб ослепительного света. Он ярко осветил Гуань Шеня и Чаньши. «А я, видимо способный ученик, – умиротворенно подумал Гуань Шень, – быстро же я продвигаюсь в медитации». Тут он почувствовал, как учитель дергает его за рукав халата.
– Пойдем, Гуань Шень! Ну же! Поторопись!
– Но учитель, мне кажется я близок к просветлению. Я бы хотел продолжить медита…
– Как-нибудь в другой раз, кретин! – Сердито
оборвал его Чаньши. – Не видишь – на нас напали гребаные пришельцы!

Барское дело 14 октября 2018

Лена Юсис / текст
Иван Рязанцев / фото



Как не любим мы расставаться с некоторым прошлым.

Я до сих пор считаю себя северянкой, лыжницей и барменом, хотя давно живу на юге и мёрзну без носков, моя лыжница сильным плавным коньковым ходом закатила в зал и там и осталась, а бартовой я «работаю» на домашних party или в алкодвойке.

Я уже никогда не попаду ни в какую сборную, и на Север, как и в Испанию, буду ездить в гости. Encargado в баре в испанском приморском городе – кто бы мог подумать, что больше всего я буду скучать по этой своей должности.

Этот бар, вы бы видели, люди... Закачаешься! Олдскул, чистая тебе лампа. В мульте про Шрека было злачное заведение, где собирались злые герои, помните? Вот таким примерно был мой бар. Порт, спальный район Асекьон, в котором только мы работали до последнего клиента. И вся чернь с района, что не догналась в более приличных местах, сползалась в наш Titi Bar. Titi означает нечто маленькое, миленькое, «штучка», короче. А чернь, святое семейство! Какие пассажиры попадались! Кино рыдает по каждому из них. Я бы сейчас отдала мизинец за один вечер в этом заведении за баррой. Не свой, правда.

Работала я без охраны, у меня в ногах стояла расписная бита, пацанский подгон охранников из Revival (дискотека модная). Потому что у меня сидели и выпивали, курили, играли в бильярд, тёрли за жизнь, принимали толику стирального порошку и веселились все самые проштампованные злодеи и чудики и их подруги. Чуваки из Литвы, которых опасались все, любители судоку из Страны Басков, мирно пьющие фанту, секреты, пасущие басков, алжирцы с пластилином (гашишем), проносимым в самых укромных и срамных местах, накуренные албанцы, чудовы украинцы, опустошающие вчистую денежные автоматы китайцы, весёлые молдаванцы, офигенный рассказчик болгарин Цанко, тихие набожные поляки, высматривающие в этом угаре себе жён, русские матросы, один худющий и всегда грустный армянин в капюшоне – тутошний наш Назгул, бразильская семейная пара, зарабатывающая на жизнь приватными эротическими шоу, синеглазый шотландец с дочкой-оторвой, ну и местные мальчишки лет по 50, прямиком от девочек с Эдинрога в Titi, рассказать всем, как они ставили девочек «жевать матрас», а уж сами-то давали газа. Ну да.

И такой цирк у нас бывал! Сцены с баром из «Гадкого койота» и «Карты, деньги, два ствола» – слабые брызги.

Мне так не хватает этого адского веселья, всех этих людей и их историй. Чего стоит один только Стасик с рассказами о своих скитаниях по Скандинавии. Не придумав ничего лучше, он ради доков вышел замуж за норвега, а «муж» его кинул в день получения резиденции. Поиски законного супруга привели Стасика в гейский бар, и суровые бородатые норвежские геи наваляли Стаске - оказывается, муж был та ещё сучка и покидал много хороших пацанов. Стас продал эту историю раз двести – желающих угостить акына всегда хватало. И так каждый гость вносил часть своего в общую особую атмосферу бара, и за этой атмосферой все они возвращались. Одиночество оставалось ждать за порогом.

Открыть бар, что ли. Или устроиться барменом. Это же не сборная и не холодно. Так хочется чудиков с их историями, танцами, чтоб много голосов, один мир. И ты вроде с людьми, но по другую сторону бара, один и наблюдаешь живое кино.

Иногда участвуешь, в главной роли, если настроение есть.

Был у нас один пассажир с Киева, костюмный мальчик, как он сам себя называл. Мы его звали Колбаса. Они с земляками колбасный цех на испанской земле намутили, поставляли испанскую докторскую в «русские» магазины. Он заходил в наше презренное логово бухла и разврата лишь потому, что Titi ему по дороге на сакральный камень силы. В порту насыпан мол, и один из валунов, по мнению Колбасы, есть не что иное, как портал в космос. Надо сесть на него и, выкурив предварительно махорки особого сорта, закрыть глаза ладонями, задать вопрос Вселенной, развести ладони и получить все ответы. И можно смотреть за пределы видимого, ибо всё постиг и стал свидетелем величия божьего замысла. Зарядившись потусторонней энергией и обретши небывалую ширину сознания, молодой лысеющий блондин с аккуратно зачёсанными назад десятью длинными волосинами гордо входил в Titi. Коротким кивком здоровался со всеми. Надменно глядя поверх голов, долго молчал, поджав тонкие губы и играя тонкими ноздрями длинного носа. Все уже понимали, что будет дальше, и от столиков подтягивались к барре.

И вот оно. Красивый жест и царственное: «Хочу накацыць! Что-нибудь этакого, особенного, космического, дцэтка, намути мне».

Ё) Ну иди ко мне, мой сладкий сахар, я только тебя и жду и вечер без тебя томный и душный. Иди, намучу, охренеешь!

Эспесиаль, говорю, пара ти, ми амор! Задаю пару вопросов о предпочтениях, хотя ответ не важен вообще. Щурюсь задумчиво, смотрю в упор в правый глаз, в левый. Снимаю со стены несколько бутылок. Ставлю в ряд. Есть, говорю, у меня один микс, никому не делаю, но тебе сделаю, потому что только ты сможешь оценить и понять глубину, ноты, послевкусия, бла-бла-бла... Мне подыгрывают все клиенты на баре. Цокают, восхищаются. Колбаса жеманно соглашается. Я делаю дичаааайший микс в пол-литровом аквариуме (да простит меня Международная ассоциация барменов с официальными коктейлями IBA). Ногти блестят, на пальцах болты с брыльянтами, купленные у негров на набережной по еврику за пригоршню, блестят, лёд сверкает, маленький нож, терзающий лимон, блестит, всё блестит. Чак! – и блестящая крышечка от колы улетела точно в сверкающее ведёрко. Лью сразу с двух рук, поднимая и опуская бутылки, и смотрю только в глаза. Выглядит прикольно, на самом деле я так считаю объём налитого, а пристальный взгляд – от сосредоточенности. Костюмчик наш млеет от блеска и почёта и платит за этот эспесиаль полуконскую цену. Из-за его спины шеф шлёт мне бэсо – я только что пустила в расход застоявшийся апельсиновый ликёр. Колбаса гордо смакует свой эксклюзив. Публика довольна и заказывает по очередной. Грустный армянин улыбается, жмёт мне руку и тихо говорит из своего капюшона, что я была бы хорошим подельником и что уважает.

Не блефуй с фраером, как сказано. Главный в баре всегда бармен, а не клиент, что бы там ни говорили.

Бита мне пригодилась всего один раз, дать сдачи за порезанную руку. Чёртовы накурки со своими пиками! Теперь на руке шрам, очень похожий на скелет небольшой рыбы.

Когда я уезжала, бар выкупил кубинец. Переделал интерьер, нанял мальчиков в белом, разогнал всю нашу чернь и поставил охрану. Говорили, что у него не пошло.

Виктор Самойлов «Несчастный Кролик» 12 октября 2018



Несчастный Кролик внезапно вскочил с кровати и побежал по комнате, обуреваемый желанием замерить кубатуру. На бегу он пытался вспомнить: чем же её замеряют? может быть, отверткой? или морковкой? В отчаянии он схватил со стола морковку и попытался замерить кубатуру, но внезапно проснулся, обнаружив себя стоящим у стены с морковкой в руках.
– Что же это такое? – закричал Несчастный Кролик.
– Когда же это кончится? – заплакал Несчастный Кролик.
– Кто-то зло шутит надо мной, – понял Несчастный Кролик.

«Постледниковый импрессионизм». Слава Сэ 28 июля 2018


А вчера, по пути на фигурное катание, Ляля вкусила от древа познания полную сумку французской косметики.
Как и всё, самое интересное в юности, это произошло на заднем сиденьи родительского драндулета. Пока рулевая мать рассыпала попутным машинам весёлые приветствия, – «Идиота обрубок», «Выбрось свои права» и «Куда прёшь, обезьяна вислоухая»,–- Ляля изогнулась змием, изловила сумочкум, достала из неё добро, зло и быстренько всё познала.
От раскрывшихся в косметичке перспектив девочка счастливо и тихо заскулила. В полный голос скулить было глупо, родительница бы услышала и захлопнула перспективы. Как мать и как женщина, она человек хороший, только жадный до косметики. Даже непонятно, чего так. Помаду мы не едим уже год. Редко только сорвёт башню, нападёт странная необузданность, тогда конечно, прощай, тюбик.
Ляля пренебрегла зеркальцем, работала наощупь, руководствуясь лишь творческой интуициией
и несколько льстивыми представлениями о размерах своих губ, глаз и щёк.
Для оформления нижней части лица художник применила технику ширококого мазка. Её живописной манере оказались присущи обобщенный контурный рисунок, условная упрощенность символов и яркая звучность отдельных цветовых пятен.
Светлые и прозрачные пейзажи правой щеки, динамичные бытовые сцены левой, как бы воспели чувственную красоту и радость жизни. Композиция дышала поэтикой, игрой линейных ритмов и тонким колоритом цыганской свадьбы. Три широких чёрных полосы через лоб, по числу пойманных канализационных люков, как бы воспели вечное стремление души ввысь, к свету, к святым угодникам Илье и Николаю, или кто там у них производит косметические наборы Bourjouis.
Глаза автор оформила с дерзким вызовом, слив в один компот аллюзии раннего Гогена, гротескный кич Лотрека и базовый принцип модернизма – «много туши не бывает!»
– Какая странная тишина! – вдруг насторожилась Незабудкина. И посмотрела, чтоб убедиться. А на заднем сиденьи уже сидело всё, что думает Ляля о французской живописи начала прошлого века.
Поражённая красотой и чувственной мощью мирового импрессионизма, расцветшего там, где у других детей обычно видна голова, Незабудкина исполнила тройной ритбергер. Прямо за рулём. Окружающие водители приветствовали фигуру весёлыми криками «Идиота обрубок», «Выбрось свои права» и «Куда прёшь, обезьяна вислоухая».
Конечно, Ляле не следовало в таком виде показываться матери. Это была девичья беспечность. Мать тоже женщина, ей завидно. Надо было выскакивать из машины и бежать к людям, навстречу восторгам других человеков, понимающих высокий мейк-ап.
Незабудкина решила, что выпускать на лёд такое Ботичелли нельзя. Все ведь убегут и будет скучно. Внутренний Люсин Мойдодыр поклялся поймать искусство, оттащить к воде и превратить назад в ребёнка.
А горячую воду на каток не завезли. И водостойкая тушь дерзко рассмеялась в лицо внутреннему Люсиному Мойдодыру. Но и тот оказался не промах, и вскоре фигуристка Алика С. выкатилась на лёд с лицом, которое вы не сможете себе представить, если не видели позднего Моне. Ну, эти его пруд, кувшинки, солнечные блики на воде... Собственно блики и составили суть Лялиного образа.
А сегодня Ляля сказала:
– Когда вырасту, стану дядей.
И я её прекрасно понимаю.

«Я думаю, пришло время рассказать об этом» Ника Акобян 28 июля 2018



У меня есть пластиковая муха, которой я обладаю уже двадцать лет. Кажется, в нашей квартире нет более старой вещи, чем (я – зачёркнуто) эта муха. Только, может, пара книг, которые я случайно прихватила из дома родителей во время переезда, но книги не в счёт: сегодня они есть, завтра их нет. То ли дело муха. Муза. Музыка.

[«Муха моя как пряник, толстая и блестит. Муха моя, как пряник, имеет опрятный вид»] (с) «Звуки Му»

Двадцать лет назад эта муха ждала меня на прилавке «Союзпечати» у площади им. Ленина. Тогда там всё было совершенно другим – я долго в деталях помнила, каким, а потом забыла. Когда мне было десять лет, мы с моей троюродной сестрой часами гуляли по ЦУМу, и вот однажды по дороге туда, в ларьке «Союзпечать», я купила муху.

[«Муха моя как пряник, толстая и блестит. Муха моя, как пряник, имеет опрятный вид»] (с)

Лет десять назад муха лишилась крепления-присоски на пластиковом брюхе. (О, муха). Ещё недавно магнит-протез удерживал её на дверце холодильника, до этого она долго была приклеена к настольной лампе, а ещё раньше болталась на верёвочке то там, то здесь. (Так оно и бывает: играешь – учишься – распоряжаешься собственным холодильником).



[«Муха моя как пряник, толстая и блестит. Муха моя, как пряник, имеет опрятный вид»] (с)

А началась эта история просто: с любви, чистой и детской, к телешоу (сколько я всего смотрела
в детстве, как это было чудесно, как мне жалко детей, у которых это строго регламентировано). Называлось оно «Странная семейка». Главную роль в нём исполнял прекрасный Джо Флаэрти, а одним из персонажей была жизнерадостная жертва научного эксперимента – муха с головой человека по имени Harry the Fly (вроде Гари-Муха или просто Дядя Гари).

Такой Кроненберг внутри семейного ситкома, который по какой-то несправедливой причине так никогда и не был переведён на русский язык, хотя был и в некотором роде культовым, и в целом редким для своего жанра из-за чудной сюрреалистической атмосферы – почти такой же, как та, что присуща радости 20-летнего обладания пластиковой мухой, музой, музыкой из «Союзпечати».

[«Я часто хожу в кино, пустое, как чешский трамвай. Смотрю заграничный фильм, попробуй меня поймай»] (с) Звуки Му, «Союзпечать»

P. S. Нет, мы тут просто задумались о смене квартиры, и это такой чудесный момент жизни, в который страстно мечтаешь поскорее избавиться от старых, бессмысленных, ненужных вещей, и вместе с тем, наоборот, внимательно смотришь на другие – нужные (иногда на пластиковую муху).

[«Я такой дядечка особенный, много-много лет просидел в пыли. Весь пожелтел, бородёнка выпала, а глаза всё с тем же прищуром нежным»] (с) Звуки Му

P. P. S. Спасибо «Звукам Му» за то, что спели почти все нужные слова для этой заметки.

На задней парте 9 мая 2018



Рассказ о героях войны из одного ЖЖ.


1975-й год, весна. Город Львов. Мы - повидавшие жизнь, октябрята, заканчивали свой первый класс, дело подходило к 9-му мая и учительница сказала:

- Дети, поднимите руки у кого дедушки и бабушки воевали.

Руки подняли почти все.

- Так, хорошо, опустите пожалуйста. А теперь поднимите руки, у кого воевавшие бабушки и дедушки живут не в селе, а во Львове и смогут на День Победы прийти в школу, чтобы рассказать нам о войне?

Рук оказалось поменьше, выбор учительницы пал на Борькиного деда, его и решили позвать. И вот, наступил тот день.

Боря не подкачал, привел в школу не одного, а сразу двоих своих дедов и даже бабушку в придачу. Перед началом, смущенные вниманием седые старики обступили внука и стали заботливо поправлять ему воротничок и чубчик, а Боря гордо смотрел по сторонам и наслаждался триумфом. Но вот гости сняли плащи и все мы увидели, что у одного из дедов (того, который с палочкой), столько наград, что цвет его пиджака можно было определить только со спины. Да что там говорить, он был Героем Советского Союза. Второй Борькин дед нас немного разочаровал, как, впрочем, и бабушка, у них не было ни одной, даже самой маленькой медальки.

Героя – орденоносца посадили на стул у классной доски, а второго деда и бабушку на самую заднюю парту. На детской парте они смотрелись несколько нелепо, но вполне втиснулись.

В самом начале, всем троим учительница вручила по букетику гвоздик, мы поаплодировали и стали внимательно слушать главного героя.

Дед оказался летчиком и воевал с 41-го и почти до самой Победы, аж пока не списали по ранению. Много лет прошло, но я все еще помню какие-то обрывки его рассказа. Как же это было вкусно и с юмором. Одна его фраза чего стоит, я и теперь иногда вспоминаю ее к месту и не к месту: «Иду я над морем, погода - дрянь, сплошной туман, но настроение мое отличное, ведь я уверен, что топлива до берега должно хватить. Ну, даже если и не хватит, то совсем чуть-чуть…»

При этом, разговаривал он с нами на равных, как со старыми приятелями. Никаких «сверху вниз». И каждый из нас начинал чувствовать, что и сам немножечко становился Героем Советского Союза и был уверен, что если нас сейчас запихнуть в кабину истребителя, то мы, уж как-нибудь справимся, не пропадем.

Класс замер и слушал, слушал и почти не дышал, представляя, что где-то далеко под нами проплывают Кавказские горы в снежных шапках. Но, вот второй дедушка с бабушкой все портили.

Только геройский дед начинал рассказывать о том, как его подбили в глубоком немецком тылу, так тот, второй дед, вдруг принимался сморкаться и громко всхлипывать. Учительница наливала ему воды из графина и успокаивающе гладила по плечу.
После паузы герой продолжал, но когда он доходил до ранения или госпиталя, тут уж бабушка с задней парты начинала смешно ойкать и причитать.

Мы все переглядывались и старались хихикать незаметно. Уж очень слабенькими и впечатлительными оказались безмедальные бабушка с дедушкой. Ну, да, не всем же быть героями. Некоторым, не то что нечего рассказать, они даже слушать про войну боятся.

Только недавно, спустя годы, я от Борьки узнал, что те, его - «слабенькие и впечатлительные» бабушка с дедушкой с задней парты, были Борины прабабушка и прадедушка. Они просто пришли в школу поддержать и послушать своего сына-фронтовика, а главное, чтобы потом проводить его домой, а то у него в любой момент могли начаться головные боли и пропасть зрение.

Автор: storyofgrubas

30 минут в неделю, которые сделают вас счастливее и здоровее 11 февраля 2018



Разные активности придают нам силу и улучшают некоторые характеристики. И это прекрасно, что не обязательно тратить много времени или сил. Просто небольшая доля усилий и времени может дать награды либо с точки зрения здоровья и счастья, либо производительности. Возьмите йогу, например. Или дневной сон. Позаботьтесь о правильном питании утром, и вы увеличите свою энергию на весь день.

Итак, что же еще мы должны добавить в этот список маленьких, безболезненных привычек, которые приносят большую пользу? Исследования показывают, что привычка читать по крайней мере 30 минут в неделю является серьезным претендентом на членство в этом элитарном клубе.

Выбор новомодного бестселлера кажется достаточно хорошим, чтобы скоротать эти полчаса, но какие преимущества кроме увеличения словарного запаса и, возможно, уменьшения стресса он может предложить? Были обнаружены довольно впечатляющие результаты, согласно исследованиям британской организации Quick Reads, проведенной Джози Биллингтоном из Центра исследований в области чтения литературы в Ливерпульском университете. Опрос более чем 4000 взрослых выявил некоторые неожиданные факты о влиянии чтения как на наше здоровье, так и на уровень счастья.

Люди, которые читают по крайней мере 30 минут в неделю, на 20% чаще говорят о большей удовлетворенности жизнью, а 11% людей даже чаще чувствуют себя творчески настроенными. Они также на 28% реже страдают от депрессии, а 18% чаще сообщают о повышении самооценки. Чтение книги было оценено как более эффективное средство от беспокойства, чем прогулка или общение с другом, и почти каждый пятый опрошенный (19%) сказал, что чтение помогает ему чувствовать себя менее одиноким.

Исследование показывает, что чтение помогает стимулировать эмпатию и заставляет нас чувствовать себя более связанными с окружающими (читатели также сообщают, что они более комфортно беседуют с незнакомыми людьми). Это также может помочь нам преодолеть трудные периоды, показывая, что мы не одиноки в наших проблемах. И, конечно же, неплохо получать новые знания. У активных читателей (что неудивительно) были более глубокие знания, большее понимание других культур и более богатый жизненный опыт.

Есть и реальные выгоды от этой полезной привычки. Регулярное чтение (и, опять же, речь идет уже не только о полчаса в неделю) показано, чтобы помочь победить бессонницу, но вряд ли это единственный плюс, который демонстрирует положительные эффекты чтения для нашего здоровья.

"Чтение для удовольствия в целом также может помочь предотвратить такие состояния, как стресс, депрессия и даже слабоумие", - сказала недавно Сью Уилкинсон, генеральный директор благотворительной организации U.K. "Крупномасштабные исследования в США показывают, что активное чтение наряду с другими увлечениями связано с уменьшением риска деменции".

Кстати, супер-успешные люди вроде Уоррена Баффета или Билла Гейтса постоянно призывают потенциальных предпринимателей читать больше.

Медведь, Гусыня и конец всего 31 января 2018



Рассказ обо всём том, что перечислено в заголовке. В память об Урсуле К. Ле Гин.


Через миллиарды лет после того, как галактические империи достигли высшей точки, и наука достигла конца, звёзды начали умирать. А новых не появлялось. И где-то, на отдаленном крае космоса, Медведь нашел Гусыню.

- Здравствуй, - сказал Медведь. - Мы знакомы?

- По-моему, нет, - сказала Гусыня.

- Ну, из какой цивилизации ты?

- Я не помню, как они называются, - сказала Гусыня. - По-моему, у них была пара войн, и иногда они смотрели телевизор.

- Ага, - сказал Медведь. Похоже и на мою цивилизацию.

- Твоя тоже исчезла?

- Вообще, они все исчезли. - сказала Гусыня. - Мы последние, ты разве не знаешь?

Медведь посмотрел на Вселенную и понял, что Гусыня была права. Все туманности исчезли, галактики разваливались на куски.

- И долго ли нам осталось? - спросил Медведь.

- Ах, не долго, - ответила Гусыня. - Совсем скоро Вселенная развалится под собственным весом.

Медведь хмыкнул.

- А что дальше?

- Все исчезнет. Не будет ходьбы, не будет веселья. Не будет плавания. C'est la vie!

Медведь хмыкнул еще раз и сказал:

- Расскажи мне о своей цивилизации.

- Хм. - сказала Гусыня. - Она показала на что-то крылом. - Видишь ту звезду? Вся моя цивилизация началась там. И ту галактику видишь? Они распространились по всей галактике! Создавали музыку, писали книги, женились, расставались, жили, умирали, вели войны, извинялись, вели войны ещё раз, все взрывали... Миллиарды лет империи! Миллионы языков! Тысячи планет! А теперь все исчезло.

- Все исчезло, - как эхо, повторил Медведь.

- А как насчет твоей? - спросила Гусыня.

- Ну... Моя цивилизация поняла природу, поняла, как оно все работало, увидела логику в хаосе, построила огромные космические корабли, торговалась с тысячами других империй, путешествовала по всему космосу, поняла все, что можно было понять. А потом она вернулась к самому началу, и увидела всё. И сдалась.

- Жаль, - сказала Гусыня. Но ладно, скоро конец.

- Спасибо за приятный разговор. - Гусыня закрыла глаза и затихла.

Медведь снова посмотрел на умирающую Вселенную и погрустнел.

- А для чего все было-то? - спросил он.

- Что? - очнулась Гусыня.

- В чем был смысл?

- А в чем смысл хоть чего-то? - спросила в ответ Гусыня.

Она снова закрыла глаза.

Медведя посетила идея.

- Мы знаем всё! Все, что осознали наши цивилизации!

- Ну допустим. - сказала Гусыня.

- Мы можем делать все, что хотим, мы всесильны! - воскликнул Медведь.

- В разумных пределах.

- Может, мы переделаем Вселенную?

- Это невозможно, - сказала Гусыня. - Мы не смогли пережить коллапс, а он уже близко, смотри - вот он.

- Тогда мы сделаем следующую Вселенную, для тех, кто бы ни был следующий.

Гусыня открыла глаза. - Типа... Как?

- Я не знаю, сделаем её поинтереснее. Изменим правила. Давай, будет весело, они даже не поймут. Будет весело.

Гусыня подумала об этой идее. В конце концов, она была умной. При других обстоятельствах она была бы в телевизоре, говоря об астрофизике. Нил ДеГусь Тайсон.

- Ладно, - сказала она. - Я слушаю.

- Ну... - высказался Медведь. - Давай сделаем так, чтобы все было основано на субатомных частицах. Мы назовем их, ммм...

- Кряки. - предложила Гусыня.

- Ммм. Слишком глуповато. Кварки, может?

- Хороший компромисс. - согласилась Гусыня.

Медведь начал готовить Вселенную:

- И в этот раз оливки будут вкусные!

- Окей, хорошая идея.

- И фрукты будут расти на деревьях!

- Неплохо.

- И иногда, после хорошей еды, люди будут отрыгивать!

- Что? - удивилась Гусыня. - Зачем?

- Да я не знаю, будет забавно.

- Не надо вставлять эту фичу. - попросила Гусыня.

Медведь вставил эту фичу. А затем он организовал физику, химию, биологию и заставил их взаимодействовать. И построил свойства материалов, придумал теорию квантовых полей, и исправил кучу багов. Потом добавил платный контент. Он сделал воду мокрой, пустыни сухими, Тома Хэнкса классным. И, наконец, он закончил. Они наслаждались тем, как начнется следующая Вселенная.

- Чего-то все еще не хватает. - сказал Медведь. - Может, добавить фиолетового?

- Нет, фиолетового хватает, - сказала Гусыня.

- Эй, может, пусть после кофе у всех будет понос?

- Не надо вставлять эту фичу. - попросила Гусыня.

Медведь не вставил эту фичу.

- Все. - сказал он. - Идеально. А теперь стартуем!

- Нет, нет, постой! Чего-то все еще не хватает. Нам нужно сделать все посложней.

- Посложней? Нет, это будет классная Вселенная!

- Маргариты на деревьях, бургеры на ножках, все такое.

- Нет, - ответила Гусыня, посмотри, что стало с нами! Все было легко, скучно. Мы сделаем жизнь трудной, но не слишком. Тогда в жизни будет смысл, как минимум ненадолго. Мы поставим звезды далеко друг от друга, им придется пораскинуть мозгами, чтобы до них добраться. Мы сделаем природу странной и интересной, но с трудом понятной. Нельзя класть на видном месте смысл жизни, должен быть вызов. Им понадобится влюбляться, путешествовать или ссориться в комментариях на YouTube.

- Ладно. - Медведь внес все изменения.

Тогда они расслабились. Они начали смотреть на свой эскиз космоса, который будет дальше.
И он был очень красив. Вокруг них звезды кучами гасли, свет умирал. Бесконечный космос завоёвывал свою территорию.

- Значит, это конец? - спросил Медведь.

- Он и есть. - ответила Гусыня.

- А что будет с нами?

- Мы исчезнем. Да и вообще всё исчезнет. И наша новая Вселенная начнётся. Как мы её и распланировали.

Бесшумными занавесками вокруг них спустилась тьма. История умирала, космос простонал, до конца оставались считанные секунды.

- Гусыня, мне страшно. - сказал Медведь.

- Я знаю, Медведь. - сказала Гусыня. - Но больно не будет.

- Вот, возьми моё крыло своей лапой, и не отпускай.

Наконец, умерла последняя звезда и космос начал сворачиваться в бесконечно малую точку. Законы физики смешивались друг с другом, пространство и время развязывались и падали.
К этому привели миллиарды лет, скоро все было бы зря.

- Увидят ли они, в следующем цикле, насколько всё это красиво?

- Не всегда. Но периодически будут видеть. - ответила Гусыня. - Всегда было бы слишком много. Никогда - слишком мало. А вот пару раз... Иногда они будут видеть. И этого будет достаточно.

Автор - канал YouTube exurb1a

10 цитат из книги Бориса Виана «Пена дней» 4 января 2018


Кадр из фильма «Пена дней», 2013 г.

1. Неправда, что всегда надо быть умницей.

2. Ах, все вы одинаковые, вы считаете, что женщина непременно должна быть красивой.

3. Почти всегда у него было хорошее настроение, а в остальное время он спал.

4. … история эта совершенно истинна, поскольку я её выдумал от начала и до конца…

5. На свете есть только две вещи, ради которых стоит жить: любовь к красивым девушкам, какова бы она ни была, да новоорлеанский джаз или Дюк Эллингтон. Всему остальному лучше было бы исчезнуть с лица земли, потому что всё остальное – одно уродство.

6. Знаешь, я хотел бы затеряться, как иголка в стоге сена. И пахнет хорошо, и никто меня там не достанет…

7. Служитель в белом свитере открыл ему кабину и сунул в карман чаевые, но по всему было видно, что он лжец, что чая он не пьёт, что для него это не невинные чаевые, а винные или даже коньячные.

8. Самое важное в жизни – судить обо всём предвзято. Толпа, как известно, обычно ошибается, а каждый человек в отдельности всегда прав.

9.
Они работают, чтобы жить, вместо того чтобы работать над созданием машин, которые дали бы им возможность жить, не работая.

10. Дверь подъезда захлопнулась за ним, издав звук поцелуя в голое плечо.

Прекрасная пара 27 декабря 2017

Пётр Петрович Петухов, поручик пятьдесят пятого Подольского пехотного полка, получил по почте письмо, полное приятных пожеланий.
«Приезжайте, – писала прелестная Полина Павловна Перепелкина, – поговорим, помечтаем, потанцуем, погуляем, посетим полузабытый полузаросший пруд, порыбачим. Приезжайте, Пётр Петрович, поскорее погостить».
Петухову предложение понравилось. Прикинул: приеду. Прихватил полустёртый полевой плащ, подумал: пригодится.
Поезд прибыл после полудня. Принял Петра Петровича почтеннейший папа Полины Павловны, Павел Пантелеймонович.
«Пожалуйста, Пётр Петрович, присаживайтесь поудобнее», – проговорил папаша. Подошёл плешивенький племянник, представился: «Порфирий Платонович Поликарпов. Просим, просим».
Появилась прелестная Полина. Полные плечи прикрывал прозрачный персидский платок. Поговорили, пошутили, пригласили пообедать. Подали пельмени, плов, пикули, печёнку, паштет, пирожки, пирожное, пол-литра померанцевой. Плотно пообедали. Пётр Петрович почувствовал приятное пресыщение.
После приёма пищи, после плотного перекуса Полина Павловна пригласила Петра Петровича прогуляться по парку. Перед парком простирался полузабытый полузаросший пруд. Прокатились под парусами. После плавания по пруду пошли погулять по парку.
«Присядем», – предложила Полина Павловна. Присели. Полина Павловна придвинулась поближе. Посидели, помолчали. Прозвучал первый поцелуй.
Пётр Петрович притомился, предложил полежать, подстелил полустёртый полевой плащ, подумал: пригодился. Полежали, повалялись, повлюблялись. «Пётр Петрович – проказник, прохвост», – привычно проговорила Полина Павловна.
«Поженим, поженим!» – прошептал плешивенький племянник.
«Поженим, поженим», – пробасил подошедший папаша.
Пётр Петрович побледнел, пошатнулся, потом побежал прочь. Побежав, подумал: «Полина Петровна – прекрасная партия, полноте париться».
Перед Петром Петровичем промелькнула перспектива получить прекрасное поместье. Поспешил послать предложение. Полина Павловна приняла предложение, позже поженились. Приятели приходили поздравлять, приносили подарки. Передавая пакет, приговаривали: «Прекрасная пара».